|
Сложная задача
Райс
Юрий Полански. По
материалам еженедельника Time
На первый взгляд, Кондолизу Райс всю жизнь
сопровождал успех. В 5 лет она уже исполняла Бетховена, в 19 –
закончила колледж, в 26 – стала профессором Стэнфордского
университета. А с приходом к власти Джорджа Буша ее карьера
совершила стремительный взлет. И ныне первая
госсекретарь-афроамериканка – наиболее симпатичный (во всех
смыслах) представитель администрации и, пожалуй, единственная из
нынешних обитателей Белого дома, кто может думать о продолжении
политической деятельности после 2008 года.
Но в то же время приходится признать: несмотря
на то, что рейтинг Райс на 20% выше президентского, она
оказалась в тяжелой ситуации, с которой руководители
американской внешней политики не сталкивались уже лет 30. Как
отмечает Лесли Гелб, бывший президент Совета по международным
отношениям, поддержка Буша падает как в США, так и за рубежом.
Ведь его курс привел к тому, что ныне угроза международной
безопасности выше, чем когда-либо со времени окончания «холодной
войны».
Как госсекретарь предполагает решить все эти
проблемы, совершенно не ясно. Но ей приходится сражаться на еще
одном фронте – внутреннем. За каждую ошибку во внешней политике
придется отвечать именно Райс. Причем ее можно было бы назвать
заложницей курса администрации, если бы не обоснованные сомнения
в том, что многие решения были приняты если и не по ее
инициативе, то, по меньшей мере, с ее согласия.
Конечно, с одной стороны, она настояла на том,
чтобы Буш создал двупартийную Группу по изучению Ирака, все
замечания которой, впрочем, впоследствии были проигнорированы.
Райс убедила президента привлечь европейские страны к
переговорам с Ираном по вопросы обогащения урана и даже
предложила наладить прямой диалог с Тегераном. Но в то же время
Райс поддержала отправку дополнительного контингента в Ирак,
даже не сделав попытки хоть как-то дистанцироваться от
«ястребов» Белого дома. Так что подобные колебания и призывы
использовать то дипломатические методы, то силу вполне можно
расценить как свидетельство неуверенности Райс.
Хотя, возможно, госсекретарь просто ищет
наилучший выход из сложившейся ситуации. В частности, недавно в
интервью она призвала создать «стабилизационную группу» из стран
Среднего Востока (Израиль, Египет, Иордания и Саудовская
Аравия), которые будут противостоять «угрозе дестабилизации» –
прежде всего со стороны Ирана и радикальных группировок
наподобие ХАМАСа и «Хизбаллы». «Настало время признать, что по
одну сторону находятся экстремисты, а с другой – ответственные
правительства, хотя и не все из них можно назвать
реформаторскими», – заявила Райс.
Эта фраза весьма показательна: вполне вероятно,
что она свидетельствует о том, что администрация, поняв, что
военная победа в Ираке недостижима, а главное – не проиграть,
начинает создавать более широкую коалицию союзников. Если это
действительно так, то, видимо, во внешней политике Америки
происходят серьезные изменения: на смену идеализму
неоконсерваторов, желающих любой ценой распространить демократию
по всему миру, приходит более реалистический подход, при котором
главное – обеспечить стабильность.
Райс начинает понимать, что руководствоваться
старыми принципами уже невозможно. Весьма показательно то, что в
2005 году, после выборов в Палестине и Ираке и выступлений
ливанцев против присутствия сирийских войск в их стране,
госсекретарь с гордостью заявила, что исторический процесс идет
так, как того хочет Америка. Тогда же в выступлении в
Американском университете в Каире она раскритиковала режим
египетского президента Хосни Мубарака, обвинив его в
недостаточном либерализме, и добавила: «На протяжении 60 лет моя
страна жертвовала демократией в регионе ради стабильности и
ничего не достигла. Теперь мы избираем другой курс. Мы
поддерживаем демократические устремления всех народов».
Прошло 2 года, и пришлось пойти на попятную.
Власть в Ливане так и не стала сильной, демократические выборы в
Палестине привели к формированию правительства во главе с
радикалами из ХАМАСа, вовсе не заинтересованными в построении
современного светского государства, а руководство Ирака так и не
доказало свою способность взять ситуацию в стране под контроль.
Видимо, все это способствовало тому, что во время январского
визита Райс уже говорила о «стратегических отношениях» Америки с
Египтом и ни словом не обмолвилась о недемократичности Мубарака.
По поводу же отношения Вашингтона к кабинету иракского премьера
Нури аль-Малики на слушаниях в комитете по международным
отношениям Сената госсекретарь уклончиво ответила: «Не мы, а
иракцы будут решать, дееспособно их правительство или нет».
Говоря об Иране, она отлично понимает, что
справиться с Ахмадинеджадом можно не только силой оружия.
Достаточно убедить европейских и арабских инвесторов в том, что
не стоит вкладывать деньги в иранскую нефтегазовую отрасль, и
добиться санкций со стороны ООН, как вскоре иранский президент
станет гораздо менее популярным и более уступчивым, а
религиозные лидеры страны, скорее всего, согласятся с
требованиями о прекращении обогащения урана. Сама Райс, видимо,
придерживается именно такого подхода, о чем свидетельствуют ее
слова: «Надо убедить иранцев изменить поведение и стратегию с
тем, чтобы начать обсуждение их ядерной программы. И когда нас
обвиняют в эскалации, я могу ответить только, что это ответ на
действия со стороны Ирана, которые создают опасность
американским интересам и международной системе».
Если Райс удастся мирно решить иранскую
проблему, это будет, пожалуй, наиболее ценным ее достижением.
Однако она войдет в историю и в том случае, если добьется мира
между Израилем и Палестиной. Подобные попытки предпринимались не
раз, однако ни к чему не привели. Но Райс и здесь не изменяет
присущий ей оптимизм: во время недавней поездки по региону она
просила руководство арабских государств помочь в создании
палестинского государства до окончания срока полномочий Буша.
Газета «Русская Реклама»
Назад
|
|
